Цель встречи Болтона с министрами: что сулят сегодняшние переговоры?

В Вашингтоне по инициативе США состоялись важные встречи.

Советник президента США по нацбезопасности Джон Болтон провел встречи с главами МИД Азербайджана и Армении. Исходя из этого, можно говорить об особом интересе американской стороны к урегулированию нагорно-карабахского конфликта.

О нынешнем этапе в переговорном процессе рассказал в интервью Oxu.Аz российский политолог Олег Кузнецов.

— Сегодня в Вашингтоне должна состояться встреча глав МИД Азербайджана и Армении. Как вы оцениваете данную встречу и чего от нее ожидать?

— В моем понимании это будет очередное сугубо техническое мероприятие, от которого я не ожидаю никакой практической конкретики. Я уже не раз говорил о том, что любые — даже самые минимальные — шаги в азербайджано-армянских отношениях делаются только на высшем уровне, министры иностранных дел при таком раскладе играют роль даже не адъютантов, а вестовых. Так что у них нет просто никаких полномочий, чтобы что-либо предлагать или озвучивать.

Статус министерских встреч еще более понизился после того, как главы Азербайджана и Армении приняли решение «готовить народы к миру», после чего на нейтральных площадках стали проводиться показательные «встречи общественности» двух стран, кураторами которых как раз и были назначены главы внешнеполитических ведомств.

Единственная повестка дня их саммита, которую они могут обсуждать более или менее ответственно, — это как раз подведенние итогов такого рода «общественных инициатив». Не думаю, что два образованных и разумных человека, каковыми являются министры иностранных дел Азербайджана и Армении, будут обсуждать всерьез темы так называемого «общественного диалога», бутафорский характер которого был понятен с самого начала. А какая-либо иная тематика им недоступна. Вот поэтому я не ожидаю от этой встречи чего-либо нового.

Хотя не исключен вариант и того, что один из министров привезет своему коллеге какое-нибудь тайное послание от главы своего государства для его передачи главе другого государства. Тогда эта встреча будет иметь конкретный прикладной результат, но мы о его существовании все равно доподлинно никогда не узнаем.

— Сейчас многие говорят о т.н. «плане Болтона». Чем этот план отличается от «плана Лаврова»? Как стоит рассматривать активность Вашингтона в этом вопросе?

— Не вижу смысла впустую теоретизировать и отыскивать нюансы и оттенки, отличающие «план Болтона» от «плана Лаврова» и наоборот. Подобная игра воображения или ума хороша для тренировки интеллекта дипломатов, которые, накладывая одно умопостроение на другое, создают, опять же, для себя некую виртуальную реальность, в которой и существуют, заявляют о наличии какого-то несуществующего за рамками этой виртуальной реальности прогресса, не выходя из этой самой реальности. В России такого рода дела называют «работа ради заботы», т.е. деятельность ради деятельности, а не ради получения конкретного результата. По сути, имитация деятельности.

Когда Д.Болтон предлагал свой «план» урегулирования нагорно-карабахского конфликта, то он ориентировался не на Баку, не на Ереван, он ориентировался на Москву с единственной целью — как бы посильнее зацепить Кремль и заставить его нервничать в проведении своей внешней политики в регионе Южного Кавказа.

В этом смысле сегодня Вашингтону нет дела до того, каким образом в действительности будет урегулироваться нагорно-карабахский конфликт, и будет ли он урегулироваться вообще. Его больше волнует вопрос того, какие экономические, политические и репутационные потери понесет Россия.

Конечно, Д.Болтон также заинтересован в нанесении любого косвенного ущерба Ирану, но он в данном случае — объект даже не третьестепенный, поэтому о нем сейчас нет смысла говорить. «План Болтона» по своей сути — план антироссийский, для сторон конфликта или стран региона изначально не предполагавшийся, а поэтому у меня нет ни сил, ни желания обсуждать его после того, когда все маски оказались сорваны.

 — Стоит ли ожидать какого-то компромисса между сторонами с учетом последних обострений на линии соприкосновения войск?

— Лично я не вижу никакого обострения ситуации на линии фронта в Карабахе, однако оно явно присутствует в информационном пространстве или на фронте пропагандистской войны. Но давайте не будем смешивать между собой информационные баталии и фронтовые перестрелки, согласитесь, что это не одно и то же.

ПОДЕЛИТЬСЯ